Интернациоклонизм

Дмитрий Кметъ

“Заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россией, она и рванула потом”, – В.В. Путин.

Настоящая бомба была заложена еще в 1917 году на уровне этничности и национального самосознания. Пришедшие к власти социалисты, так же как и имперская власть, придерживались четко-спланированной полиэтничной политики. Но если до этого Русское государство базировалось на многоэтничности с ведущей ролью имперской нации- русских, то уже в программе РСДРП содержалась поддержка тезиса о самоопределении народов вплоть до отделения и создания суверенного государства. Несмотря на то, что В.И. Ленин двояко относился к национальной политике и выносил ее на второй план, ставя вперед установление пролетарской диктатуры, национальный вопрос уже в 1917 встал очень остро.

Этнонациональная политика в Советской России изначально формировалась как политика культивирования этнических различий, хотя и при подчеркивании значимости интернационализма. Но куда теперь пропал интернационализм украинцев? Казахов? Латышей? Остался режим, основой которого стал непонятно на чем выросший  национализм тех этносов, которые никогда не обладали государственностью.
Прежде, чем создавать нацию

Этнические меньшинства рассматривались как политический союзник государства, именно поэтому большевики сосредоточили свои усилия на политизации этничности. И именно они способствовали превращению этничности из сугубо культурного феномена в политический ресурс и довели эту политизацию до космических масштабов, приведших к развалу Советского Союза.

Первое и самое главное, что они осуществили- это абсолютизировали культурные границы между различными группами, превратили их из символических в социально и политически значимые. Благодаря их подаркам Украине в виде нынешней Новороссии и Крыма, их уступкам Казахстану, Азербайджану и иным республикам появились конфликты, которые до сих пор не разрешены в Нагорном Карабахе, на границе Украины с Россией.

Наркомнац

Начало всему было положено 8 ноября 1917 года с создания Народного комиссариата по делам национальностей (Наркомнац), который был упразднен только в 1923 году. Его идеология базировалась на трех основных принципах:

  1. каждая этническая группа должна обладать собственным государственным образованием.
  2. в пределах данного государственного образования группа объявляется «коренной», а ВСЁ остальное население – нет.
  3. представители «коренной» группы получали политические и культурные преференции, а остальные – сосут лапу.

Если приглядеться в этот интернационализм в условиях и реалиях России, то прорисовывается далеко не равенство народов. Эдакий «терпила» в каждой республике- это русский народ, который в результате развития своей державы до революции 1917 года жил в каждом уголке своей страны, основал все самые крупные города в провинциях своей империи (крепость Верная- Алма-Ата, крепость Грозная- Грозный, новый Ташкент), которые подарил новоявленным республикам инфраструктуру, города, заводы. И что он получил взамен? Ущемление своих прав.

Процесс «институционализации» племен и этносов в «нации» потребовал серьезных бюрократических преобразований. Во-первых, начался процесс «этнического размежевания» границ, которые якобы тесно увязывались с границами проживания различных этносов на территории России. Но суровая данность настоящего показывает то, что эти границы рисовались поверх карты без обращения внимания на исторические реалии. Во-вторых, это формирование нового идеологического поля этничности, которое по своей сути было сложнее, нежели идеологическое поле имперской России, но и оно было таким же иерархичным, и иерархия эта носила гораздо более сложный характер.

С самого момента своего существования Наркомнац начал политику «огосударствления этносов», означавшее создание протогосударственных образований на территории страны. Главное условие- наличие этничности. За период с 1918 по 1930 массово создавались республики, национальные округа, автономии, национальные сельсоветы, национальные районы, этническим маркером прошлись по всей стране.

В конституции 1936 года была проведена четка грань между различными такими национальными институтами: республики стали таким типом государственного образования, который обладал суверенитетом.

Для каждого народа и этноса была создана сложная система этнических административных территориальных преобразований. Одни из них объяснялись эфемерными «социалистическими нациями» и поэтому могли претендовать на создание союзной республики, а как следствие своего парламента и высших органов. Уровень развития другого населения страны претендовал лишь на некую автономию. Ужа сама такая дифференциация народов на развитых и «не очень» противоречила идеям заложенными самими большевиками в своей же «Декларации прав народов России», а именно:

  1. свободное развитие национальных меньшинств,
  2. равенство и суверенность всех народов России,
  3. права всех народов на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельных государств,
  4. отмена всяческих привилегий и ограничений.

Из этого перечня большевики видимо заметили только первый. Основопологалающие принципы Декларации применялись очень избирательно, и власть сама решала, как их надо трактовать. Меньшинства не сами изъявляли желание основать культурную автономию, это навязывалось сверху, даже без соблюдения формальностей: не было проведено ни одного референдума, ни одного акта самоопределения не было подготовлено народами. Хотя у большевиков был пример, которому можно было последовать. В 1905 году Норвегия отсоединилась от Швеции именно в результате всенародного голосования.

Этническим сообществам, к примеру, кочевникам номадам навязывались социалистические форму государства, входившие в противоречие с их обычаями и традициями. Они были насильственно принуждены к оседлому образу жизни, их дети также подневольно отправлены в школы-интернаты. Куда же делась хваленая погоня за сохранением идентичности этносов?

Конечно, были и позитивные моменты. Государство выступало как культуртрегер (просветитель), но кому теперь это на пользу? Те этносы, которым была навязана государственность не стали просвещенными социалистами, они стали государствами, базирующимися на средневековой клановой основе и с обостренным чувством ущемленной национальной гордости, так как якобы Российская империя была по словам большевиков «тюрьмой народов», а период советской страны сейчас ими рассматривается как оккупация.

При проведении переписи 1926 года переписчики столкнулись с серьезными сложностями, поскольку население многих мест, получивших национальную автономию, никогда прежде себя не считало представителями культурной общности, а термин «национальность» даже не знало, они привыкли себя соотносить с местным сообществом.

На вопрос «какой вы национальности, уважаемый советский товарищ?» местные жители нередко отвечали «местные», «тутошние», «русские», «крестьяне». -Погодите, так вы же новоявленный «мало ненецкий»? А, так вам не сказали? Живите теперь с этим.

Условность категории национальность была связана еще и с тем, что ряд народов был сконструирован почти искусственно. Из разноплеменного населения создали почти все «социалистические нации» Средней Азии, одновременно проведя довольно неуклюжее национальное размежевание между республиками. Непонятно из чего появились хакасы, само имя которых было взято из китайских хроник, точно также необъяснимо родились алтайцы. Из племен аварцев, даргинцев, лезгин, лакцев и многих других появились дагестанцы, которые до сих пор тяжёлым эхом аукаются России. При этом, точно также как появлялись новые нации, и также объяснялось все это неведомой политической необходимостью. Делились крупные народы: вместо «коми» появились коми-зыряне, коми-пермяки, адыги – на адыгейцев, черкесов, кабардинцев. А из 4 говорящих по-якутски тунгусских народов был создан народ «долганцы» (хотя ни один представитель этого этноса так себя никогда не называл).

Коренизация

Создание национальных автономий потребовало определенных преобразований в государственных аппаратах новоявленных национальных образований, что вошло в историю как «политика коренизации», а по факту массовой дискриминации, при объявленном равенстве всех и вся. Коренизация означала то, что не личные качества специалиста становились критерием для его назначения, но принадлежность к «коренному этносу». Интернационализм, говорите? Или нацизм в отдельной взятой республике? Эта политика открыто продолжалась до 1930-х годов и сопровождалась откровенным вытеснением со статусных позиций представителей «некоренного» населения (давайте-ка угадаем, кого?) Для представителей «коренного населения нередко предоставлялись лучшие возможности продвижения по службе, выделялись квоты в центральных вузах, куда поступали вне основного конкурса, представители малых народов освобождались от службы в армии, получали культурные дотации (диктатура нацменьшинств?).

Просто для осознания масштабов представьте, что для «коренных народов» Средней Азии «забронировано» было 70% мест в ВУЗах, для «национальных меньшинств»- 20%. Да, а 10% – для «европейцев». Равенство.

Завершающим этапом этой политики стало появления обязательной графы «национальность» в паспорте, которая как еврейская желтая звезда в немецких оккупационных зонах выявляла «европейцев». Русским стало быть невыгодно. Нет преференций. У дагестанца есть, а русский – не «коренная нация». Но важнее всего не это, а то, что в сознание была внедрена идея, что национальная и культурная иерархия выше гражданской солидарности, а идеалы свободы и равенства потухали перед национальными преференциями и субсидиями.

Только в годы В.О.В. советская власть вдруг вспомнила о «великом русском народе», о его героическом прошлом, о защите Отечества. Только перед угрозой полного поражения вспомнились Суворов, Кутузов, Ушаков, а Куликовская битва и Отечественная война 1812 года были представлены как пример объединения народов.

Власть признала, что общенациональное единство – это тот дефицит, который проявился в самое неудобное для страны время- в годы войны. И после войны русский народ был назван «старшим братом». Хотя де факто такое прозвище не влекло за собой никаких изменений в действительности.

Рассеянин, торжествуя, на русских обновляет путь

Вот и вырисовывается достаточно интересная картина «мультинацистского» союза, поставившего своей целью как муравьиная матка наплодить столько народов, сколько успеет, и дать им столько суверенитета «сколько смогут проглотить».

А потом мы удивляемся, откуда появился вдруг национализм в Прибалтике, на Украине, в Казахстане? Сами и вырастили, господа большевики, прикрываясь благим «интернациоклонизмом», а мы теперь покрываем все и вся благим матом, с трудом возвращая исконно русский Крым и терпя санкции и прочие лишения за попытку защитить свой народ за пределами границ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.