Белая гвардия

Картинка профиля Белый Светоч
Белый Светоч

Да ведь  если  бы  с  апреля  месяца  он  начал  бы  формирование офицерских корпусов, мы бы взяли теперь  Москву.  Поймите,  что  здесь,  в Городе, он набрал бы пятидесятитысячную армию, и  какую  армию!  Отборную, лучшую, потому что все юнкера, все студенты,  гимназисты,  офицеры,  а  их тысячи в Городе, все пошли бы с дорогою душой.

Что мы знаем о «Белой гвардии»? Много и мало одновременно. Мало, так как имя Михаила Афанасьевича Булгакова ассоциируется с другим произведением, которое стало классическим – «Мастер и Маргарита» (на сайте есть статья про это, можно ссылочку вставить). Мало, потому, что зачастую сам роман остается в тени театральных постановок и кинокартин, пьесы «Дни Турбиных» (а это два абсолютно разных произведения, смею Вас заверить). Мало, потому, что мы в принципе не имеем большого эмпирического запаса знаний о Гражданской войне.

Но почему в то же время мы знаем достаточно много? Во-первых, доподлинно установлены все реальные прототипы героев романа. Доктор Алексей Турбин – сам Булгаков, живший во время действия «Белой гвардии» в Киеве, врач. Поручик Виктор Мышлаевский списан со строевого офицера, штабс-капитана Петра Александровича Бржезицкого, сражавшегося во время Великой войны и после нее в рядах 70-й Киевской дивизии. «Генерального штаба карьерист» Тальберг рисовался с мужа сестры Михаила Афанасьевича – Леонида Сергеевича Краума. Герой негативный, Булгаков целенаправленно очернил это образ. Впрочем, у меня нет цели оправдать Краума и влезать в семейные дела Булгаковых. А вот с Сергеем Ивановичем Тальбергом я это сделать попробую несколько позже.

Другим фактом за то, что мы так много знаем о Турбиных, их окружении, служит то обстоятельство, что, не смотря на запрет, роман было возможно прочитать в СССР. Да, пускай, это поздний Советский Союз, это редчайший раритет и жутчайший дефицит для книголюбов, но прочесть «Белую гвардию» возможность была. В частности, об этом вспоминает известный журналист Олесь Бузина (ссылка на пост с этим текстом в паблике). То есть, сама суть произведения с конца 1980-х могла быть известна интересующейся общественности.

Ну, и, наверное, самое главное. Булгаков сейчас является едва ли не самым популярным классическим русским писателем. Булгаков – это наследие «Серебряного века» русской литературы. А по сему, к нему приковано огромное внимание. Он – объект изучения, его жизнь и творческий путь – предмет споров. В этой связи «Белая гвардия» занимает не последнее место. Тем более, что в постсоветском государстве наметилась крайне позитивная тенденция. Создаётся всё больше обществ, которые восстанавливают историю Белого движения. А через реставрацию такой памяти идёт возрождение национального самосознания русских.

Итак, о чем же эта статья? Верно, о «Белой гвардии». О ее героях. Советую внимательно вчитаться в эпиграф. Он не случаен, а последние его строчки наиболее выразительны. Юнкера, студенты, гимназисты, офицеры… Михаил Афанасьевич довольно ясно обозначает принадлежность своих героев к различным слоям общества. В этой цитате, взятой из пламенной речи доктора Турбина, мы можем найти далеко не всех персонажей. Если, к примеру, Николка – юнкер, ряд его приятелей – студенты, Мышлаевский и Карась – офицеры, а взвод гимназистов (пусть и вперемешку с теми же юнкерами и студентами) полностью будет вырезан петлюровцами, то представители интеллигенции тут не упоминаются. Это отнюдь не означает, что Булгаков пренебрегает ими, нет. Просто нет задачи у интеллигенции воевать. А она это делала всю гражданскую. И даже в «Белой гвардии». Есть и масса простого народа, отчаявшегося, «богоносного», готового ухватиться хоть за что, лишь бы это принесло мир и стабильность (в равной степени это касается и русских, и украинцев).

Задача этой статьи – в образах героев выявить черты, которые им присвоил Булгаков, характерные для слоя общества, к которому принадлежит тот или иной герой. Безусловно, здесь можно возразить следующее. Мол, большинство действующих лиц – офицеры, принадлежат к одной части русского общества, имеют общие моральные ценности и идентичные воззрения. Замечание вполне резонное, особенно по последним двум пунктам. Однако же, даже внутри офицерства я склонен видеть некую дифференциацию.

Доктор Алексей Турбин

Как уже говорилось, в образе Турбина Булгаков изобразил самого себя. Сходится всё: участие в Великой войне, частная врачебная практика после нее, мобилизация в армию гетмана. Безусловно, Турбин – офицер и сам причисляет себя к этому классу: «Завтра,  я уже решил, я иду в этот самый дивизион, и если ваш Малышев не возьмет меня врачом, я пойду простым рядовым». Чисто офицерское мировоззрение. Рядовыми, как известно, в Ледяном походе были поручики и капитаны, а ротными командирами – полковники. Вполне уместно говорить, что Булгаков, сам военнослужащий по медицинской части во ВСЮР, делает отсылку к этому эпизоду. Алексей Турбин – полковник, младший врач Гусарского Белградского (прототипом послужил 12-й Белгородский уланский) полка, а затем начальник госпиталя. В сюжете «Белой гвардии» он недавно демобилизован. Имеет ли это значение, что русской армии не существовало, по сути, с февраля 197-го? Наверное, имело. Офицеры, военное сословие в целом, чувствовало, что их кто-то предал. Но не их Император, они до сих пор лелеют надежду на восстановление законного порядка в стране. В стране, которая не ограничивается Киевом,  Украиной.

И всё-таки Алексей Васильевич принадлежит к слою интеллигенции. Насколько различны его представители будет проиллюстрировано ниже. Почему интеллигент, а не офицер? А это просто: по профессии. Врач – это традиционно профессия интеллигентная. Они, а особенно уездные врачи где-нибудь в глубинке, пользовались громадным уважением как в высшем свете, так и среди простых обывателей. Шутка ли, но самой распространённой профессией среди депутатов первой Государственной Думы оказались не юристы, адвокаты или представители профессуры, а именно врачи.

Турбин – представитель пассионарной ее части. Его идеалы – монархизм, вера и свобода. Он прекрасно понимает, откуда растут ноги всех бед России: за застольем не раз звучит призыв вздёрнуть Лейбу Бронштейна (т.н. «Троцкого») на ближайшем столбе. Вообще, подобное мировоззрение не характерно для интеллигента. Объясню словами полковника Малышева:

Он [Малышев] вдруг приостановился,  чуть  прищурил  глазки  и  заговорил,  понизив  голос:-Только… как бы это выразиться… Тут, видите ли, доктор, один  вопрос… Социальные  теории  и…  гм… вы  социалист?  Не  правда  ли?  Как  все интеллигентные люди?

Это дает полное основание говорить, что Турбин соответствует маркеру, характерному слою офицеров. Не все офицеры, разумеется, были монархистами. Я даже не уверен, что большинство. Но не ошибусь, если скажу, что подобных Турбину найдется немало, надо только поискать. Поэтому случай этого персонажа уникальный.

Поручик Виктор Мышлаевский, подпоручик Фёдор Степанов (Карась)

Типажи эти несколько отличаются друг от друга. Виктор Викторович – горяч, в нем бурлит  жизнь, вполне сойдет за лихого гусара из части Дениса Давыдова. Этакий поручик (забавно, не правда ли?) Ржевский. Его любят женщины, он не прочь выпить, но и дерется отчаянно. Он знает, что если предаст службу, то предаст самого себя. Вспомните эпизод в самом начале романа. Замороженного к чертям собачьим Мышлаевского кое-как отогрели, растерли, отпоили водкой. А всё почему? Просто он не ушел со своего поста под Красным Трактиром. Степь, буран, мороз, но даже после окончания боевого дежурства он остается на месте, так смена на позицию не пришла. Готовность пожертвовать собой – характерная черта русской армии во все времена.

А что же Карась-Степанов? Не думайте, что это два антагониста. Фёдор Николаевич так же отчаянно храбр, он несет службу в это смутное время, он знает, что провались под землю гетманский дворец, жителей Города всё равно нужно защитить. И делает это до того момента, когда даже до верхов (а это случилось гораздо раньше) доходит бесперспективность сопротивления. Правда, Степанов более рассудителен. Возможно, чуть более умён, нежели Мышлаевский. Не зря же он пытается окончить университет и совмещать оное со службой в армии. Право, и командир он при этом хороший.

Обоснованием отождествления этих персонажей служат две вещи. Во-первых, они оба друзья детства. Знают друг друга, выражаясь просторечным языком (кстати, булгаковский прием из «Белой гвардии»), как облупленных. У них схожая судьба. Да и как иначе? Задача офицера – воевать, что они с честью и делали. Это их долг, они не поступились им. Во-вторых, что вытекает из первого, и Мышлаевский, и Карась, принадлежат к слою довольно молодых офицеров. Если Турбин, их ровесник, уже полковник, то они находятся в нижних чинах. Все они молоды, им нет даже тридцати. Что это означает? То, что их воспитала война. У них менталитет победителей, они воины. Но им не хватает некоего шарма. Каким, скажем, обладал толстовский князь Болконский из «Войны и мира». Не хватает воспитания, манер для высшего общества. Это не недостатки. Просто так вышло. Ну и по сословной принадлежности они происходили не из аристократических семей. Хотя понятие «сословие» к началу ХХ века носило весьма условный характер. Социальные лифты в Российской империи позволяли беспрепятственно при наличии возможности и желания переходить из одного состояния в другое. Происходило размытие понятия «дворянство». Впрочем, это тема не нова и подробно освещена профессиональными историками.

Что же до наших героев. Они не могут не быть симпатичны. Мышлаевский своей мужественностью и внутренней силой, Карась – умением сочетать храбрость и расчёт. Наверное, это самый типичный образ русского офицера в сегодняшнем его восприятии людьми XXI века.

Полковник Феликс Най-Турс, полковник Алексей Малышев

А вот это как раз типаж старшего офицерства. Не по чину, а по возрасту. Но здесь так же строго присутствует одно важно различие, как и в предыдущем случае. Най-Турс – аристократ. Это видно из описаний быта его семьи, его повадок и манер. Война сделала его более жестким, черствым. Вспомните этот случай, когда он приказывает (!) и угрожает (!!!) одному из самых высоких чинов гетманской армии – генералу Макушину. Вспомнили данный эпизод? Скажите, а не так уж неправ был Най, да?

Но ведь на контрасте есть и другой случай. Тот самый несостоявшийся бой юнкеров со вступившим в Город авангардом петлюровской армии. Най-Турс всё понял мгновенно, как только услышал доклад посланного на разведку «пикета»:

-Господин полковник, никаких наших частей нет не только на Шулявке, но и нигде нет, — он перевел дух. — У  нас  в  тылу  пулеметная  стрельба,  инеприятельская конница сейчас прошла вдали по Шулявке, как будто бы  входя в Город…

Он спасает своих юнкеров, давайте скажем прямо. Существует распространенный стереотип о том, что любовь отца и сына – это скупая, малоэмоциональная, практически безмолвная, но очень крепкая субстанция. Именно это чувство руководит строевым офицером. Ему не страшно умереть, страшно не спасти жизни этих юных мальчиков.

Най-Турс – это мой любимый булгаковский персонаж. Не только в «Белой гвардии», а вообще. Его называют хрестоматийным образом офицера русской армии. Что ж, с этим невозможно не согласиться.

Таков примерно и полковник Малышев. Единственное, он менее аристократичен, но от этого образ персонажа даже выигрывает. Специфика его работы в лихолетье Гражданской войны – всё те же юнкера и студенты. Сам полковник (единственный персонаж, сохранивший реальную фамилию своего прототипа – лётчика Алексея Фёдоровича Малышева) прекрасно это осознает. Удивительно, но практически всегда самохарактеристики героев вызывают симпатию. Наверное, потому, что они правдивы. Или излишне самокритичны.

«Слов тратить не буду, говорить  не  умею, потому что на митингах не выступал», — это отсутствие той самой аристократичности. Но может оно вызывать отторжение? Нет. Сразу понятно: полковник – человек дела и слова. Слова в том плане, что выполнит приказ, обещание или клятву. Эпизод с разгоном Най-Турсом юнкерской дружины характерный и ключевой для данного персонажа. В жизни Малышева, запечатлённого в романе, таковым является этот отрывок:

— Господин поручик, Петлюре  через  три  часа  достанутся  сотни  живых жизней, и единственно, о чем я жалею, что  я  ценой  своей  жизни  и  даже вашей, еще более дорогой, конечно, их  гибели  приостановить  не  могу.  О портретах, пушках и винтовках попрошу вас более со мною не говорить.

[На предложение Мышлаевского спалить здание гимназии, где базировался дивизион]. Порой не понимаешь тонкой грани этого грубо вырубленного в гранитной скале образа русского офицера. Такого же, как Турбин, Мышлаевский, Най-Турс. Такого же, какими были реальные герои русского движения: Колчак, Корнилов, Марков, Юденич. Не понимаешь, так как всегда где-то рядом витает сомнение: «а не ирония ли это в словах Малышева?». Практически все его фразы вызывают подобные ощущения. То ли он действительно циничный (если так, то давайте простим боевому офицеру такую черту характера), то ли действительно немногословный и замкнутый. Делать вывод я не хочу, предоставлю это Вам.

Единственное, что добавлю. Этот персонаж мне симпатичен в обоих случаях. В варианте Булгакова Малышев уничтожает свои документы и исчезает, когда в город вошёл Петлюра. В самой последней экранизации романа (с Хабенским в роли Алексея Турбина), полковник застрелится от безысходности. Знаете, вот именно такой исход самый правильный для жизненного пути этого образа, как бы ни кощунственно это звучало.

Унтер-офицер Николка Турбин, юнкер

Здесь мы совершенно точно можем говорить о том, что в лице одного персонажа отображён весь слой молодёжи. Да причем какой молодёжи! А, действительно, какой? Готовой сражаться за идею от Петербурга до Владивостока? Вечно живущей в своих идеалах и мечтах? Излишне храброй и бесстрашной? Да, именно такой.

Николка Турбин во многом хочет быть похожим на своего старшего брата. Еще бы, боевой офицер, состоялся в профессии. Не преувеличу, если скажу, что для Николки Алексей Турбин является предметом личной гордости. Отсюда так много копирований младшим братом старшего. Турбин-младший горяч. И храбр. Он не бросил Най-Турса,не смотря на приказы от оного. И они вдвоем стояли с одним пулемётом против целого взвода Козыря-Лешко. В принципе, если мы вспомним начало русской Смуты, то Зимний, при растиражированном его «штурме», защищали именно юнкера. Наверное, уже оттуда берется самопожертвенность русской молодёжи. Лучшей ее части, опять же. Ведь кто такие юнкера? Это будущие офицеры, осознавали и инфицировали они себя только так. Это люди, получавшие образование, совмещая его с постижением азов строевой службы. Образование, к слову сказать, еще не высшее. Но ни с советским высшим образованием, ни тем более с нынешним, по уровню такие «средние специальные учебные заведения» сравниться не могут. Они на несколько порядков сильнее.

Николка Турбин умён и сметлив. Но наивен. Что может считаться характерной чертой его возраста, его социального слоя. Но наивен по-хорошему: он верит в лучшее. Не перестаёт верить, даже когда всё пало прахом. Но это не мешает ему объективно оценивать реальность.

Капитан Сергей Тальберг

По задумке Булгакова, самый несимпатичный персонаж по «эту» сторону войны. «Эта сторона» и является «Белой гвардией». Тальберг представлен черствым, эгоистичным и меркантильным. Он сух даже со своей женой, брезгует друзьями семьи, куда его приняли, высокомерен. Именно так его рисует автор. Наверное, таков Тальберг и есть. Но помните, в самом начале, я обещал, что попытаюсь его оправдать? Сейчас настало время этим заняться.

Посмотрим несколько с иной стороны на Сергея Ивановича. Он, в отличие от многих офицеров, при деле. Да, он штабной, да в «Днях Турбиных» один из офицеров в халупе где-то под Киевом перед тем, как застрелиться, воскликнет: «Штабная сволочь! Как я понимаю большевиков!», да сам Булгаков просто не выносил всю эту братию. Но, тем не менее, Тальберг на службе. Кстати сказать, занимает не последнюю должность при гетмане, что, вне сомнений, требует определенных способностей.

Теперь вспомним второй эпизод. Возвращение Тальберга гораздо позже обещанного и мгновенный отъезд. Едет он к Деникину. Он служил под началом Антона Ивановича. Тальберг руководствуется карьеристскими соображениями. Однако, бросается в самое пекло, на Юг, в самую боеспособную Белую армию. В такое время, когда ещё не все потеряно для России. Тут уж, извините, не до мотивов. Остается сухой факт: капитан Тальберг едет сражаться, едет туда, где даже штабы лишены комфорта. Едет в неизвестность, по сути. Офицер исполняет свой долг. Под таким углом, мне кажется, мало, кто смотрел на эту фигуру.

Василий Лисович, инженер

Если доктор Турбин импонирует читателю как представитель интеллигенции, то Лисович, или Василиса, является его антагонистом. Он скуп (в прямом смысле слова), живёт серо. Чрезмерно бережлив. Вспомните, чем он и его жена, Ванда, ужинали обычно. Качество этой еды. Лисович – это смесь Коробочки из «Мёртвых душ» Гоголя и Павлуши Чичикова оттуда же. Может быть, таковым его сделали обстоятельства Гражданской войны. Но судя по всему, это его жизненное кредо. Турбины всегда относились к нему с некоторым отторжением, как можно заключить из описания этого человека Булгаковым. К сожалению, большинство русской интеллигенции в те годы оказалось Лисовичами. Не в плане быта или скупости. А в плане борьбы. Предпочли отсидеться, переждать бурю. В приспособлении они видели своё спасение. Те же офицеры из семьи Турбиных и их друзей не находят отклика в сердцах четы Лисовичей. Они боятся, что «попасть под раздачу». Просто потому, что были соседями. Эта данность проявится позже на пятнадцать-двадцать лет, во время сталинских репрессий. Но сейчас, вернее, тогда, в 1918-м, 1919-м, были русские части на защите Киева, был Петлюра с его укринством.

Вспомните, когда Василису ограбили, то тут же нашлось всё. И в материальном плане, и в духовном. В материальном – богатый стол для защитников, которыми стали Карась, Турбины и Мышлаевский, которым Лисович не доверял. В духовном – некая открытость перед теми же офицерами, сладко дремлющем Карасём. Василиса в задушевной беседе открывает подпоручику Степанову, что является кадетом по убеждениям. Этот разговор – исповедь перед самим собой. Вполне возможно, что Лисович осознал ошибку своего существования, отказа от борьбы. Осознал поздно, когда его ограбили. Ровно так же осознает и русская интеллигенция, когда её начнут убивать.

Остаётся один слой, который не был затронут в повествовании. Это слой обывателей. Говорить много о нём нет смысла. Михаил Афанасьевич достаточно критично описывает народную массу. Запуганную, уже ни на что не готовую, никому не сочувствующую. Способную лишь держаться за факт своего бытия на этой Земле. Я полностью разделяю такую трактовку. Характерный эпизод: прохожий, мужчина лет сорока-сорока пяти, прилично одетый , идя по улице, делает замечание юнкерам, которым завтра идти в бой и которые уже видели страшную смерть своих товарищей. Мол, что вы, юнкера сидите, надо Родину защищать. Ещё раз. Это говорит мужчина мальчикам, которым нет даже двадцати. Уважаемый, а не пришла ли Вам в голову мысль самому  взять винтовку и встать в строй? Не пришла. Вот она, неготовность к борьбе. Даже не за какие-то там абстрактные и далёкие идеалы. Неготовность бороться за свою свободу и честь, перекладывая это на других. Не сочувствуя этим другим. Не лицемерие ли? К сожалению, таково булгаковское общество.

Чему нас учит «Белая гвардия»? Многому. Такие высокопарные слова как «самопожертвование», «храбрость», «честь», мы и так знаем. Мы знаем, что это хорошо и красиво. На бумаге. Но это не главное. Важно лишь то, чтобы это было в самих людях. В настоящих людях. Важно помнить, что идеалы существуют, они не призрачны. Они не витают в воздухе, они здесь рядом. «Белая гвардия» учит нас тому, что люди и есть воплощение этих идеалов. Вспоминайте умного и смелого доктора Турбина, когда Вам кажется, что мысли зашли в тупик и оттуда им не выйти. Помните образ русского офицера, когда Вам не хватает душевных сил бороться дальше. Такого страстного и удалого офицера как Мышлаевский, такого как рассудительного Карась, такого профессионала, как Малышев и такого принципиального как Най-Турс.

Список источников
  1. Бузина О.А. «Вечное обаяние белого дела». [https://buzina.org/publications/726-vechnoe-obayanie-belogo-dela.html]
  2. Булгаков М.А. «Белая гвардия». Собрание сочинений. Том 1. М, 1990.
  3. Соколов Б.В. «Кто вы, полковник Най-Турс?» // «Независимая газета», №152, 1999.
  4. Соколов Б.В. «Расшифрованный Булгаков: тайны «Белой гвардии»». «Эксмо», М, 2010.
  5. Тинченко Я.Ю. «Белая гвардия Михаила Булгакова». 1997.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.